Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: 151 (список заголовков)
16:58 

Ты, кажется, читаешь только затем, чтобы находить что-нибудь насчёт тебя и меня. Впрочем, все женщины так читают. © И.А. Бунин
17.12.2014 в 15:01
Пишет leotart:

Нашла у Дугласа Адамса идеальный ответ на вопрос "как дела?":
«Скажем так, последнее время выдалось интересным. Точнее, скучным. Но скучным по интересным причинам» (!!!)

URL записи

@темы: 151

14:18 

Сюзанна Кларк

Ты, кажется, читаешь только затем, чтобы находить что-нибудь насчёт тебя и меня. Впрочем, все женщины так читают. © И.А. Бунин
Она не собирается читать ему мораль и сама не меньше других любит повеселиться, но этот бесконечный праздник!.. Неужто он ничего другого не хочет? Ни к чему не стремится?
Стрендж отвечал, что полностью с ней согласен: он и сам вынашивал планы найти себе достойное дело. Планы были не то чтобы дурны. В разное время Стрендж думал, что станет покровителем какого-нибудь непризнанного поэта, займётся изучением права или окаменелостей на пляже в Лайм-Риджисе, начнёт собирать кованые изделия, изучит технологию плавки, отыщет одного приятеля, который расскажет ему о новейших способах ведения сельского хозяйства, посвятит себя теологии и дочитает, наконец, учёную книгу по инженерному искусству, которую, кажется, оставил на столике в дальнем углу отцовской библиотеки два-три года назад. Однако все эти идеи натыкались на непреодолимые препятствия. Обездоленные поэты на пути Стренджа не попадались, книги по праву были невыносимо нудными, фамилию приятеля - большого знатока сельского хозяйства - Стрендж попросту забыл, а в тот день, когда он отправился в Лайм-Риджис изучать окаменелости, как назло, зарядил дождь.
И так далее и тому подобное. Стрендж поведал барышне, что в юности страстно хотел стать моряком. Ничто на свете не влекло его так сильно, как военный флот! Увы, отец не поддержал его стремления, а сейчас, в двадцать девять, поздно задумываться о морской карьере.

***

Брюссель
Джонатан Стрендж - Джону Сегундусу
12 января 1816 г.


Насколько могу судить, я путешествую по следам лорда Байрона и отстаю от него примерно на месяц. [Лорд Байрон покинул Англию в апреле 1816, спасаясь от огромных долгов и настойчивых кредиторов. Кроме того, его неотступно преследовали слухи о жестоком обращении с женой и соблазнении собственной сестры.] В каждом городке, где мы останавливаемся, тут же находится масса гостиничных служащих, почтальонов, чиновников, просто горожан, лакеев и дам самого различного толка, которые всё ещё не могут опомниться после непродолжительной встречи с его светлостью. И хотя мои спутники не устают твердить этим людям, что я - ужасное существо, английский волшебник, всё равно по сравнению с английским поэтом я - ничто. Везде, куда приводит меня путешествие, я пользуюсь репутацией - совершенно для меня новой - тихого добропорядочного англичанина, который не шумит и никому не доставляет неудобств...
<...>
Мистер Меррей подбросил в камин совок угля, уселся за стол и начал читать полученные сегодня письма. <...>
Так получилось, что в этот день пришло сразу два письма из Женевы. В первом лорд Байрон жаловался на Джонатана Стренджа, а во втором Джонатан Стрендж жаловался на лорда Байрона. Джентельмены пару раз встречались в доме мистера Меррея, но лично знакомы до сих пор не были. Недели две тому назад Стрендж нанёс Байрону визит в Женеве. Однако назвать успешной эту встречу было никак нельзя.
Стрендж (который в настоящее время крайне высоко ценил семейные узы и вообще всё то, что утратил со смертью Арабеллы) крайне отрицательно отнёсся к образу жизни Байрона.
"Я нашёл его светлость на прелестной вилле рядом с озером. Он был не один. Компанию ему составляли другой поэт, Шелли, миссис Шелли и ещё одна совсем молодая дама, почти девочка, которая представилась как миссис Клермонт. Характер её отношений с названными джентльменами я так и не смог понять. Если вы знаете, в чём они состоят, то не говорите мне. Кроме того, присутствовал и ещё один весьма странный молодой человек, который всё время говорил ерунду, - некий мистер Полидори".
Лорд Байрон, со своей стороны, не одобрил одежду мистера Стренджа.
"Он по-прежнему в трауре. Его жена умерла в Рождество, не так ли? Хотя, возможно, он просто считает, что чёрный цвет придаёт ему большую романтичность".
Не понравившись друг другу с первого взгляда, они плавно перешли к разногласиям на политические темы. Стрендж писал:
"Не знаю, как так получилось, но мы почему-то сразу заговорили о Ватерлоо - самая неудачная из тем, поскольку я состою волшебником при герцоге Веллингтоне, а они ненавидят его и боготворят Бонапарта. Миссис Клермонт со всем пылом своих восемнадцати лет спросила, не стыдно ли мне быть орудием уничтожения великого человека. Я ответил, что вовсе не стыдно".
Байрон же написал следующее:
"Он - ярый сторонник герцога В. Ради Вашего блага, мой любезный Меррей, хочу верить, что книга его окажется интереснее, чем он сам".
Стрендж закончил своё письмо так:
"Люди имеют странные представления о волшебниках. Они просили меня рассказать о вампирах".
Мистер Меррей огорчился, что два его автора не смогли найти общий язык, однако, поразмыслив, решил, что иначе и быть не могло, поскольку оба прославились своей неуживчивостью. Стрендж скандалил с Норреллом, Байрон - практически со всеми. [Несмотря на явную антипатию, что-то в личности Стренджа явно произвело на Байрона сильное впечатление. Следующая его поэма, "Манфред", работу над которой он начал в сентябре или октябре того же года, посвящена именно чародею. Разумеется, герой поэмы, Манфред, не слишком похож на Джонатана Стренджа (во всяком случае, на того респектабельного Стренджа, который поэту так не понравился). Он куда больше напоминает самого автора - эгоцентризмом, себялюбием, презрением к окружающим, намёками на какие-то невозможные трагедии и таинственные устремления. Тем не менее Манфред - чародей, проводящий свои дни в беседах с духами воздуха, земли, воды и огня. Создаётся впечатление, что, разочаровавшись в живом волшебнике, поэт создал другого по своему вкусу.]

"Джонатан Стрендж и мистер Норрелл"

запись создана: 17.08.2016 в 17:27

@темы: 151

15:22 

Дуглас Адамс

Ты, кажется, читаешь только затем, чтобы находить что-нибудь насчёт тебя и меня. Впрочем, все женщины так читают. © И.А. Бунин
Полёт - это искусство, а точнее сказать, навык.
Весь фокус в том, чтобы научиться швыряться своим телом в земную поверхность и при этом промахиваться.
Попробуйте проделать это в погожий денёк, рекрмендует "Путеводитель".
Первый этап прост.
От вас требуется одно - решительно кинуться вниз, не боясь ожидающей вас физической боли.
То есть больно будет, если вам не удастся промахнуться мимо земли.
Большинству людей промахнуться не удаётся, и чем больше усилий они прилагают, тем крупнее вероятность столкновения с землёй.
Безусловно, вся сложность во втором этапе - в промахивании.
Главное - промахнуться мимо земли случайно. Нет смысла специально стараться пролететь мимо, поскольку это просто невозможно. Нет, вся штука в том, что на полдороге к земле вы должны на что-то отвлечься, позабыв и о перспективе падения, и о земле, и о том, как вам будет больно, если не удастся промахнуться.
Весьма сложно отвлечь ваше внимание от этих трёх вещей за неполную секунду, которой вы располагаете. И потому большинство людей после первых неудач разочаровываются в этом увлекательном, зрелищном спорте.
Однако же если в решающий момент вам посчастливится нежданно отвлечься на умопомрачительную пару ног (щупалец, ложноножек, в зависимости от вашей видовой принадлежности и/или личных вкусов), или на взрыв бомбы неподалёку, или на внезапное явление ужасно редкого жука на соседней былинке - тогда-то, к своему изумлению, вы увильнёте от всякого столкновения с землёй, точнее, останетесь болтаться в каких-то считанных дюймах над её поверхностью. Со стороны это может выглядеть несколько глупо.
В этот миг необходимо полное, глубочайшее хладнокровие.
Болтайтесь над землёй и парите, парите и болтайтесь.
Забудьте, сколько вы весите (забудьте, что вы вообще что-то весите), и просто позвольте ветру поднимать вас всё выше.
Не слушайте окружающих - ничего полезного они не скажут.
Скорее всего до вас донесутся восклицания типа: "Боже правый, ты что, летаешь? Быть такого не может!"
Жизненно важно не верить им - а то правда внезапно окажется на их стороне.
Воспаряйте всё выше и выше.
Потренируйтесь делать пике, вначале простое, а потом, мерно дыша, лягте в дрейф над верхушками деревьев.
НИКОМУ НЕ МАШИТЕ.
После нескольких удачных проб вы обнаружите, что отвлечься становится всё проще и проще.
Затем вы освоите массу приёмов по управлению своим телом в полёте, регулировке скорости, выполнению манёвров. Обычно фокус в том, чтобы не слишком сосредотачиваться на своих действиях, но просто пускать их на самотёк, точно нечто от вас не зависящее.
Также вы научитесь правильно приземляться - сразу предупредим, что первая попытка выйдет большущим комом.
Есть частные клубы летателей, где вам помогут достичь ключевого самозабвения. В их штате есть специальные работники с удивительными телами и воззрениями. Их задача - в решающий момент выскочить из кустов и продемонстрировать наглядно и/или выразить свою особливость. Настоящим "стопщикам" эти клубы, как правило, не по карману, но можно рекомендовать их как возможное место для временной работы.

"Жизнь, Вселенная и всё остальное"


Роб Маккенна был дрянь-человек, и сам об этом знал, так как неоднократно слышал такой отзыв о себе от самых разных людей на протяжении всей своей жизни. У него не было оснований оспаривать их мнение - ну, если не считать законным основанием тот факт, что он обожал оспаривать чужие мнения, особенно мнения тех, кого он на дух не переносил, а к их числу, по новейшим подсчётам, относилось всё человечество.
Тяжело вздохнув, он сбавил скорость.
Дорога шла в гору, а его грузовик был битком набит датскими термостатическими регуляторами к радиаторам отопления.
Не то чтобы Роб Маккенна был склонен к мизантропии от природы (он лично пламенно надеялся, что это не так). Просто дождь вымотал ему все нервы. Такой уж он уродился - дождь вечно ему на нервы действует.
А сейчас как раз шел дождь.
читать дальше

"Всего хорошего, и спасибо за рыбу!"


- ...Гордон Вэй - отличный парень. Правда, лучше не давать ему номер своего телефона, если только у вас дома не стоит автоответчик промышленного класса.
- Это ещё почему?
- Он один из тех, кто может думать, только когда говорит. Едва у него возникает идея, ему нужно её высказать кому угодно, кто согласится слушать. Если желающих не находится - а такое в последнее время происходит всё чаще, - автоответчик тоже подойдёт. Он наговаривает на них сообщения часами. У одной из его секретарш все обязанности сводятся к тому, чтобы собирать у людей кассеты с автоответчиков, на которые он звонил, переписывать его речи на бумагу и сортировать. На следующий день она кладёт ему на стол синюю папку с отредактированными текстами.
- Значит, синюю?
- Теперь вы спросите, почему он не использует магнитофон, - сказал Ричард, передёрнув плечами.
- Наверное, потому что не любит разговаривать сам с собой, - после долгих размышлений отозвался профессор. - В этом есть какая-то логика. Вроде бы.

***

В небесах прогрохотало, зарядил нескончаемый мелкий дождь. Такой приходит с северо-востока и сопровождает важнейшие события в мире.
Ёжась от холода, Дирк поднял воротник пальто, но даже непогода была не в силах помешать его дьявольскому веселью.
- Колледж Святого Седда, Кембридж! - воскликнул он, впервые за последние восемь лет взглянув на огромные ворота двенадцатого века. - Основан в таком-то году таким-то и назван в честь кого-то, чьего имени я тоже не припомню.
- В честь святого Седда? - предположил Ричард.
- Знаешь, кем я его считаю? Одним из самых унылых Нортумберлендских святых. А его братец Чед был ещё унылей. Тот, в честь кого назван собор в Бирмингеме, если тебе это о чём-то говорит. Эй, Билл, рад тебя видеть, - окликнул Дирк привратника, который тоже направлялся в колледж.
Тот оглянулся.
- Мистер Чьелли, добро пожаловать к нам снова, сэр. Помнится, у вас случились небольшие неприятности. Надеюсь, всё уже позади?
- Да, Билл, как видишь, я жив, здоров и упитан. Как поживает миссис Робертс? Её так и беспокоит нога?
- Нет, ногу уже ампутировали. Спасибо, что спросили, сэр. Но между нами, по мне, так лучше, если б ампутировали миссис Робертс, а ногу оставили. Стояла бы себе на камине. Но что уж тут поделаешь... Мистер Макдафф, сэр, - добавил он, коротко кивнув Ричарду. - Кстати, ту лошадь, о которой вы давеча спрашивали, пришлось убрать. Профессору Кронотису она мешала.
- Я интересовался просто из любопытства, э-э... Билл, - сказал Ричард. - Надеюсь, она не принесла вам много хлопот.
- Ничто не приносит мне хлопот, сэр, лишь бы меня не заставляли носить платья. Терпеть не могу, когда парни выряжаются в платья, сэр...
- Если лошадь снова тебя побеспокоит, - перебил Дирк, похлопав привратника по плечу, - отправляй её ко мне. Я с ней поговорю. А теперь, раз уж ты сам упомянул нашего замечательного профессора Кронотиса: у нас к нему дело. Он дома?
- Не могу знать, сэр. У профессора сломан телефон. Почему бы вам самим не проверить? Его квартира в дальнем левом углу второго дворика.
- Я помню, Билл, спасибо. И передавай привет тому, что осталось от миссис Робертс.
Они вошли в ворота и стремительно пересекли первый дворик. Во всяком случае, Дирк сделал это стремительно, потому что Ричард вышагивал своей обычной походкой цапли, морщась от холодного, противного дождя.
Дирк, само собой, не преминул выступить в роли экскурсовода.
- В колледже Святого Седда, - изрёк он, - учились поэт Кольридж и сам сэр Исаак Ньютон, с именем которого связано изобретение насечек на краях монет и дверцы для кошек.
- Для кого? - переспросил Ричард.
- Для кошек! Устройства хитроумного и одновременно простого. Понимаешь, это такая дверь в двери...
- Да, - кивнул Ричард. - А ещё такой пустяк, как закон всемирного тяготения.
- Закон всемирного тяготения, - повторил Дирк, передёрнув плечами. - В общем, наверное, да. Хотя это всего-навсего открытие. С ним и так всё ясно.
Он вынул из кармана монетку и бросил на гравий у края асфальтированной дорожки.
- Видишь? - сказал он. - Этот закон работает даже по выходным. Рано или поздно кто-то обязан был заметить и открыть. А вот дверца для кошек - совсем другое дело. Изобретение, исключительно творческая работа.
- По-моему, довольно очевидно. Кому угодно могло прийти в голову.
- О, редкий ум способен воплотить в жизнь не существовавшую доселе идею. Заявление "мне бы тоже такое пришло в голову" очень популярно и обманчиво - потому что не пришло, и в этом-то всё дело.

"Детективное агентство Дирка Джентли"

запись создана: 16.02.2011 в 12:16

@темы: 151

16:43 

Рэй Брэдбери

Ты, кажется, читаешь только затем, чтобы находить что-нибудь насчёт тебя и меня. Впрочем, все женщины так читают. © И.А. Бунин
Вам не книги нужны, а то, что когда-то было в них, что могло бы и теперь быть в программах наших гостиных. То же внимание к подробностям, ту же чуткость и сознательность могли бы воспитывать и наши радио- и телевизионные передачи, но, увы, они этого не делают. Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами, всюду, где можно, - в старых граммафонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей природе, в самом себе. Книги - только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки вселенной в единое целое. <...> Знаете ли вы, почему так важны такие книги, как эта? Потому что они обладают качеством. А что значит качество? Для меня это текстура, ткань книги. У этой книги есть поры, она дышит. У неё есть лицо. Её можно изучать под микроскопом. И вы найдёе в ней жизнь, живую жизнь, протекающую перед вами в неисчерпаемом своём разнообразии. Чем больше пор, чем больше правдивого изображения разных сторон жизни на квадратный дюйм бумаги, тем более "художественна" книга. Вот моё определение качества. Давать подробности, новые подробности. Хорошие писатели тесно соприкасаются с жизнью. Посредственные - лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют её и оставляют, растерзанную, на съедение мухам... Теперь вам понятно,... почему книги вызывают такую ненависть, почему их так боятся? Они показывают нам поры на лице жизни. Тем, кто ищет только покоя, хотелось бы видеть перед собой восковые лица, без пор и волос, без выражения. Мы живём в такое время, когда цветы хотят питаться цветами же, вместо того чтобы пить влагу дождя и соки жирной почвы. Но ведь даже фейерверк, даже всё его великолепие и богатство красок создано химией земли. А мы вообразили, будто можем жить и расти, питаясь цветами и фейерверками, не завершая естественного цикла, возвращающего нас к действительности.

***

Большинство из нас не может всюду побывать, со всеми поговорить, посетить все города мира. У нас нет ни времени, ни денег, ни такого количества друзей. Всё, что вы ищете,... существует в мире, но простой человек разве что только одну сотую может увидеть своими глазами, а остальные девяносто девять процентов он познаёт через книгу.

"451` по Фаренгейту"

@темы: 151

14:47 

Филип К. Дик

Ты, кажется, читаешь только затем, чтобы находить что-нибудь насчёт тебя и меня. Впрочем, все женщины так читают. © И.А. Бунин
- Мы вернулись, - сказала Прис, - потому что та планета на предназначена для жизни. Вы знаете, сколько уже времени на ней никто не живёт? Как минимум миллиард лет - такая она старая. Эта непостижимая древность чувствуется там в камнях, в песке, в воздухе - во всём. Оним словом, сперва я стала брать у Роя сильные лекарства: я буквально жила на этом новом синтетическом анальгетике, сайлензайне. А потом мне повстречался Хорст Хартман, который торговал тогда почтовыми марками, коллекционными, всякими редкостями - там у тебя оказывается столько свободного времени, что просто необходимо завести себе какое-нибудь хобби, занятие, которому можно предаваться часами и годами, без конца. И вот он, Хартман, заинтересовал меня доколониальной беллетристикой.
- Старыми книгами?
- А конкретно - историями про космические путешествия, написанными до начала космических путешествий.
- А как могли быть истории про космические путешествия, когда самих космических путешествий...
- Писатели их придумывали.
- Основываясь на чём?
- На собственном воображении. Чаще всего они ошибались - описывали, скажем, Венеру как пышные тропические джунгли, где бродят огромные чудовщиа и женщины, закрывающие свои пышные груди сверкающей бронёй, на манер всяких Брунхильд и Кримхильд. <...> Как бы то ни было, контрабандой на Марс старых доколониальных книг, журналов и фильмов можно заработать огромные деньги. Вы себе не представляете, насколько это увлекательно - читать про огромные города и заводы, про успешные, процветающие колонии. И буквально видеть, каким мог быть Марс. Каким он должен был быть. Каналы...
- Каналы. - Джону Изидору смутно помнилось, что когда-то он про них читал. В древности люди верили во многое, в том числе и в марсианские каналы.
- Сеть каналов, покрывающая всю планету. - В голосе Прис появилась мечтательность. - И существа из неведомых глубин Вселенной. Бесконечно мудрые. А ещё - рассказы про Землю, действие которых происходит вот сейчас, в наше время, и даже в ещё более далёком будущем. Рассказы, в которых нет места радиоактивной пыли.
- Мне кажется, сказал Джон Изидор, - что после такого чтения человек должен чувствовать себя ещё хуже.
- Вы ошибаетесь, - качнула головой Прис.

- А вы привезли что-нибудь из этого доколониального чтива сюда? - заинтересовался Джон Изидор. - А то я бы тоже хотел почитать.
- На Земле такие книги ничего не стоят, здесь их никто не читает. К тому же их полным-полно в здешних библиотеках, их там воруют и переправляют автоматическими ракетами на Марс. Стоишь ты себе ночью на пустынной равнине, и вдруг в небе появляется огонёк, потом ты различаешь ракету, она падает, раскрывается и вываливает наружу пачки старых, затрёпанных журналов и книг. На Земле они гроша ломаного не стоили, а здесь - на вес золота. Но сперва, перед тем как продать, ты их, конечно же, прочтёшь.

"Мечтают ли андроиды об электроовцах?"

@темы: 151

...

главная